Опубликовано: 4 Nov 2019 | Тим Моск

Фернандеш де Оливейра против Португалии [БП]

Резюме судебных дел

Форум: ЕСПЧ (Большая Палата)
Номер дела: 78103/14
Дата решения: 31 января 2019 года

Факты

Сын заявительницы (“A.J.”) совершил самоубийство, находясь на добровольном лечении в государственной психиатрической больнице (“HSC”).

A.J. жил с несколькими психическими заболеваниями, а также имел зависимость от алкоголя и рецептурных препаратов. Он был госпитализирован в HSC восьмой раз за период с 1984 по 2000 годы. В больнице знали о его истории попыток самоубийства. Первого апреля 2000 года A.J. попытался совершить самоубийство. Второго апреля 2000 года A.J. добровольно лег в HSC, где его сначала поместили в сдерживающий режим. Когда его состояние улучшилось, ему разрешили менее ограничивающий режим, но ему нельзя было покидать больницу без разрешения. Получив разрешение, 25 апреля 2000 года A.J. употребил большое количество алкоголя. Его врач не посчитал это попыткой самоубийства, а решил, что это необдуманное поведение. Весь день 26 апреля 2000 года A.J. оставался в постели, вставал только для того, чтобы поесть, ответить на телефонный звонок и встретить сестру, которая его навещала. A.J. вышел из здания HSC 27 апреля 2000 года и прыгнул под движущийся поезд.

Заявительница начала внутренней гражданское судебное разбирательство против HSC, которое длилось 11 лет на двух уровнях юрисдикции.

Решение

После единогласного решения Четвертой секции 28 марта 2017 года, которое признало нарушения по существу и процедуре Статьи 2, Суд передал дело в Большую Палату по просьбе правительства.

Большая Палата приняла другое решение, не найдя нарушения Ст. 2 по существу (позитивное обязательство государства защищать право A.J. на жизнь) 15 голосами против двух. Способ реализации нормативной системы (средства, используемые для лечения, окружение, режим, наблюдение, процедура экстренного реагирования и судебная процедура установления ответственности) не являлся нарушением Ст. 2. Кроме того, не было установлено, что власти знали или должны были знать о реальной и непосредственной угрозе жизни A.J., и, таким образом, перед Судом не стояла необходимость оценивать факт принятия властями превентивных оперативных мер.

Однако, как и Четвертая секция, Большая Палата единогласно признала нарушение процедурного аспекта Ст. 2 (о том, что судебное разбирательство по факту возможной халатности должно быть завершено в разумный срок). Длительность разбирательства часто указывает на его несовершенство, особенно в деле смерти человека в больнице (Лопеш де Соуза Фернандеш против Португалии [БП], Lopes de Sousa Fernandes v Portugal [GC] № 56080/13, 19.12.17, пункт 219). Правительство признало, что разбирательство длилось неоправданно долго, но не предоставило убедительных причин, объясняющих его длительность. Суд повторил, что течение времени может иметь влияние на память свидетелей, а для исправления недостатков или ошибок разбирательства важно действовать быстро.

Заявительнице назначили 10 тысяч евро компенсации нематериального ущерба за психологический стресс и чувство бессилия, причиненные ей вследствии длительным разбирательством во внутренних судах.

Комментарий

Это дело совпадает с правовой практикой Суда о том, что государства имеют позитивное обязательство принимать разумные меры для предотвращения реальной и непосредственной угрозы самоубийства людей, находящихся под контролем государства, таких как заключенных (Кинан против Соединенного Королевства, Keenan v. United Kingdom, № 27229/95, 03.04.01), лиц под административным арестом (Слимани против Франции, Slimani v France, 57671/00, 27.10.04), солдатов срочной службы (Переведенцевы против Российской Федерации, Perevedentsevy v Russia, 39583/05, 24.04.14) и пациенты, находящиеся в психиатрических больницах против своей воли (Хиллер против Австрии, Hiller v. Austria, 1967/14, 22.11.16). В этом деле Суд впервые применил это обязательство к пациентам на добровольном лечении.

Частично совпадающее, частично особое мнение судьи Пинто де Альбукерке, к которому присоединился судья Арутюнян, очень резкое; они считают, что Суд должен был также признать нарушение по существу Ст. 2: “мнение большинства было написано не для Португалии” и “решение является плодом творческого вынесения судебного решения для несуществующей страны”. Они утверждают, что Португалия не действовала в соответствии со своей нормативной базой, которая, среди прочего, не отражала международные стандарты, что в момент смерти A.J. не существовало законодательства о применяемых режимах, не было правовой базы об обязательстве государства защищать жизнь добровольных стационарных пациентов психиатрических больниц, не было правил использования ограничительных мер и наблюдения. Кроме того, судьи с особым мнением считают, что самоубийство A.J. можно было предвидеть, следовало принять превентивные оперативные меры (применяя Осман против Соединенного Королевства, Osman v. the United Kingdom No. 23452/94, 28.10.98) и что меры, которые были приняты, были в удручающей мере недостаточными.

Вы можете прочитать полный текст постановления на портале HUDOC.

.