Журналист добивается постановления о признании системы прослушивания мобильных телефонов в России «злоупотребляющей»

Опубликовано: 4 Dec 2015

Сегодня Большая Палата вынесла беспрецедентное постановление, в котором Европейский Суд по правам человека нашел, что российское законодательство в отношении прослушивания мобильных телефонов не предоставляет «адекватных и эффективных гарантий против риска злоупотреблений».  В соответствии с действующим законом Федеральная служба безопасности (ФСБ, преемник советского КГБ) может бесконтрольно прослушивать мобильные телефоны. Интересы Романа Захарова — заявителя по этому делу — представляли Европейский центр защиты прав человека (Мидлсекский университет) и Правозащитный центр «Мемориал» (Москва).

Принятие Европейским Судом данного постановления стало крайне своевременным, поскольку оно, вероятнее всего, повлияет на обсуждение в Великобритании законопроекта правительства о полномочиях при ведении расследований, опубликованного 4 ноября 2015 г. Некоторые из положений законопроекта напрямую отражают существующие практики в рамках российских законов, например обязанность операторов мобильной связи и интернет-провайдеров хранить данные о посещенных сайтах любого пользователя в течение 12 месяцев, которые являются доступными для правоохранительных органов без разрешения суда. Кроме того, после разоблачений, сделанных Wikileaks начиная с 2010 г., тайное наблюдение властями за телефонной и интернет-связью является теперь центром особо пристального внимания.

Факты

Жалобу в Суд подал Роман Захаров, журналист Фонда защиты гласности.[1] В декабре 2003 г. он обратился в суд против некоторых мобильных операторов, Министерства связи и массовых коммуникаций и ФСБ с жалобой на то, что в соответствии с российскими законами мобильные операторы обязаны устанавливать оборудование, позволяющее правоохранительным органам прослушивать телефонные переговоры без судебного разрешения, тем самым нарушая его право на уважение частной жизни.[2] Его жалоба была отклонена российскими судами в 2006 г., после чего он обратился в Европейский Суд.

Заявитель жаловался на то, что внутригосударственный закон о прослушивании мобильных телефонов нарушает его право на частную и семейную жизнь, гарантированное статьей 8 Конвенции о защите прав человека. Он заявлял о том, что данные законы не доступны для свободного ознакомления и никогда не публиковались[3], а также не содержат достаточных механизмов предотвращения незаконного прослушивания со стороны спецслужб. Заявитель также утверждал, что не мог воспользоваться эффективным средством внутригосударственной правовой защиты для разрешения своего иска (статья 13).

Жалоба была рассмотрена 24 сентября 2014 г. в Большой палате, чего удостаиваются только дела, представляющие особую важность.

Постановление

Суд установил нарушение права Р. Захарова на уважение частной и семейной жизни по статье 8, подчеркнув, что хотя он и не может доказать, что его личные телефонные переговоры действительно прослушивались, уже само по себе существование такого закона составляет вмешательство в права заявителя.

Выступая после вынесения постановления, Р. Захаров сказал: «Я удовлетворен решением Европейского Суда. Совершенно ясно, что судьи внимательно выслушали доводы обеих сторон и исследовали предъявленные доказательства. Но дело еще не завершено. Теперь важно изменить соответствующие законы и правоохранительную практику в России. Власти должны считаться с требованиями Европейской конвенции по правам человека.»

В постановлении отмечалось, что прослушивание мобильных телефонов органами власти необходимо при определенных обстоятельствах, таких как защита национальной безопасности, и они перечислены в статье 8 ЕКПЧ. Тем не менее, Суд пришел к выводу, что российское законодательство

«не предоставляет адекватных и эффективных гарантий против злоупотреблений, которые возможны при любой системе организации негласных наблюдений, и вероятность которых особенно высока при такой системе, где правоохранительные органы имеют с помощью технических средств прямой доступ ко всем мобильным телефонным переговорам.»

В частности Суд выделил шесть сфер, где правовое регулирование является или недостаточно определенным, или нарушает положения статьи 8 ЕКПЧ:

  • ситуации, в которых правоохранительные органы имеют право использовать негласные оперативно-розыскные мероприятия;
  • процедура выдачи разрешений на прослушивание телефонных переговоров;
  • длительность прослушивания телефонных переговоров;
  • процедура уничтожения собранных при прослушивании материалов;
  • надзор за проведением негласных оперативно-розыскных мероприятий;
  • система уведомления о прослушивании телефонных переговоров и возможность опротестовать прослушивание.

Действующая законодательная база в отношении прослушивания телефонных переговоров в России предоставляет широкие возможности для злоупотреблений властями. Постановление Суда по этому делу подчеркивает, что риск того, что подобная система может ослабить демократию под предлогом ее защиты, является настолько же серьезным, как и любой отдельный эпизод незаконного скрытого наблюдения. Теперь российское право должно быть подвергнуто значительному пересмотру.

Профессор Филип Лич, адвокат Р. Захарова


[1] Фонд защиты гласности следит за соблюдением прав журналистов и права на свободу слова. В ноябре 2015 г. фонд был включен Министерством юстиции в список «иностранных агентов».

[2] В частности он сослался на «Закон о связи» (2003 г.), «Закон о об оперативно-розыскной деятельности» (1995 г.) и «Закон о федеральной службе безопасности» (1995 г.), в которых прописываются ограничения на сохранение частности переговоров и ситуации, когда может совершаться прослушивание.

[3] Наблюдение спецслужб в России регламентируют следующие нормативные акты: закон «О связи» от 07.07.2003 г., закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 г., закон «О федеральной службе безопасности» от 03.04.1995 г. и различные приказы, изданные Министерством связи и массовых коммуникаций. Приказ Министерства связи от 20.04.1999 г. N 70 определяет технические требования к оборудованию, устанавливаемому операторами сотовой связи. При этом приложения к Приказу N 70, которые содержат описание технических требований, так никогда и не были опубликованы.

.